– Андрей Петрович, вы – член жюри с самого основания Южно-Уральской литературной премии. Скажите, у нее сложилось свое лицо?

– Каждая из существующих сегодня в России литературных премий обладает своими особенностями. На этом фоне Южно-Уральская литературная премия, безусловно, имеет свое лицо, исходя из критериев и требований, которые жюри стремится каждый год предъявлять участникам конкурса.

Современная русская литература неоднородна. Существует, например, определенный элемент размежевания в отношении к традиции и новаторству. Моя позиция заключается в том, что ни одно из направлений в современной русской словесности не обладает монополией на новаторство. Оно вполне возможно и при опоре на традицию. И ряд книг, представляемых на Южно-Уральскую литпремию, это подтверждают.

Наша премия открыта, и на входе мы не отвергаем представителей никаких направлений. Но при выборе лауреатов наше жюри руководствуется в том числе тем, что у настоящего литературного произведения должна быть сверхзадача. Я бы связал ее с осмыслением происходящего в жизни и в человеческом сообществе. Человек и мир вокруг, а не только внутри себя любимого.

– Сложно выбирать победителей?

– Выбор всегда непрост. Причем я даже скажу, что от года к году он усложняется. Это естественно, поскольку пространство премии, в том числе географическое, и ее известность расширяются. Не секрет, что некоторые авторы довольно осторожно участвуют в разного рода литературных конкурсах. Ведь не победа – это всегда удар по самолюбию. Поэтому многие в том числе присматриваются, чтобы понять, как происходит оценка произведения. По гамбургскому счету судит жюри или есть какие-то региональные, если не сказать местечковые критерии? На мой взгляд, требования на Южно-Уральской литературной премии вполне высоки, и ее репутация растет от года к году. А с ней расширяются состав участников и количество качественных произведений.

– Случаются ли открытия?

– Лично я открываю для себя новые имена, авторские взгляды и подходы каждый год. Это здорово помогает ориентироваться в тех процессах, которые происходят в современной русской литературе.

– О чем пишут авторы?

– О жизни. Настоящая литература осмысляет, ощущает человека не столько в суетных проявлениях (хотя и в них тоже), но пытается разглядеть за ними какие-то глубинные, сущностные явления. К примеру, два года назад премию получил роман оренбуржца Петра Краснова «Заполье». В эти новогодние праздники у меня появилась возможность вернуться к нему, чтобы написать рецензию. И для себя я определил «Заполье» как русский роман о национальном поражении. С подобными творческими попытками лично я до сих пор не сталкивался...

В этом году мне было интересно прочесть дневники бывшего заместителя председателя Челябинского облплана Бориса Катаева, которые он вел в годы войны. Подобного рода материалы редки, в том числе потому, что автор был, как бы мы сейчас сказали, в управленческом звене, а с другой стороны, жил среди обычных людей. Когда за привычным тезисом «Все для фронта, все для Победы» проступают бытовые подробности, это позволяет еще глубже понять, как жили люди и что им приходилось переживать в эти годы.

– В каких номинациях особенно чувствовалась конкуренция?

– Количество и качество «конкурсной массы» по объективным причинам год от года колеблется, но выбирать всегда есть из чего. Полновесный конкурс получился и нынче. Очень состязательной по традиции оказалась краеведческая номинация. Равно наполненными в этом году, на мой взгляд, оказались номинации поэзии и прозы. «Дрожала» ситуация с детской литературой, но буквально в последние дни приема работ почта принесла очень достойные тексты и здесь. Так что все выстроилось полноценно.

– Чего вам в Южно-Уральской литературной премии не хватает?

– Как ни парадоксально, не всегда хватает конкурентоспособных произведений из Челябинской области – особенно прозаических. Если в поэзии молодежь работает – в частности, благодаря литобъединениям, то в прозе ощущается, что выросшие в советское время мэтры уходят, а кто приходит им на смену, пока неясно.

– Судя по насыщенности конкурса в историко-краеведческой номинации, к своему прошлому авторы сохраняют стойкий интерес. С чем это связано?

– Такой интерес в моем представлении вообще естествен для человека. Он необходим, если автор или читатель сохраняет в себе сугубо человеческую способность подниматься над суетой, понимать, как жизнь складывается и куда идет. История – это ведь не только давняя старина. Когда люди пытаются понять, что произошло в минувшие 20 лет, то мы возвращаемся в свое недавнее прошлое. Если мы думаем о том, как человек преодолевает обстоятельства, для нас не принципиально, когда и какие именно обстоятельства. Имеет значение сам факт преодоления. И во времена Великой Отечественной, и в более близкие к нам 90-е годы. Думаю, каждый из нас в той или иной мере в ситуации преодоления находится и сегодня.

Наша справка

Расторгуев Андрей Петрович – поэт, переводчик, публицист, член Союза писателей России. Родился в 1964 году в Магнитогорске. Окончил Уральский государственный университет и Российскую Академию государственной службы при Президенте России в Москве. Кандидат исторических наук.

Жил и работал на Севере, сейчас – в Екатеринбурге. Автор книг стихов, переводов и литературно-критических статей, многих публикаций в литературных журналах, участник ряда антологий. Лауреат Государственной премии Республики Коми, премии имени Бажова и ряда других литературных наград.

Айвар Валеев