«Выполнишь задание – получишь Героя»

Полковник в отставке Борис Андреевич Крупейников родился 25 июля 1925 года в пристанционном жилом посёлке Владимирской области. В 17 лет его призвали в РККА и направили учиться в Киевское танковое училище, эвакуированное в Пермскую область, в город Кунгур. После окончания училища он с группой молодых офицеров, получив на Урале новые танки Т-34-85, отбыл на 2-й Белорусский фронт.

– За Москвой, – вспоминал Борис Крупейников, – наш эшелон несколько раз бомбили немецкие самолёты, но мы прибыли на конечную станцию без потерь. В прифронтовой полосе разгрузились. Здесь чувствовалось, что война уже рядом. За лесом гремела артиллерийская канонада, там то и дело вверх взлетали сполохи огня. От линии фронта к железнодорожной станции для отправки в госпиталь шли закутанные в бинты раненые, кто-то из них опирался на палочку, кого-то вели под руки. Мы же без промедления отбыли в расположение полка 8-го гвардейского корпуса, уже не раз отличившегося в предшествующих боях.

В полку нас, новичков, построили. Появился начальник штаба, он среди офицеров выделялся отменной строевой выправкой, на нём была хорошо подогнанная новенькая шинель с ярко начищенными пуговицами, в которой он всегда появлялся перед строем, в одном из последующих боёв он так и сгорел в этой шинели в своём танке.

Прибыл командир полка, здоровенный, высокий, намного старше всех нас по возрасту. Первое, что бросилось мне тогда в глаза при знакомстве со своим командиром, это блеск его многочисленных орденов.

Длинных речей не было. Комполка прошёл вдоль строя, внимательно всматриваясь в глаза каждого из нас. На другой день он вызвал меня к себе в штаб и почему-то обратился ко мне со словами:

– Сынок, как у тебя здоровье?

А потом последовали новые вопросы:

– Ты женат?

– Нет, – ответил Крупейников.

– Семья есть?

– Да, мама и папа.

– Ты тяжёлую машину знаешь?

– Да, в училище приходилось немного её водить.

–Это хорошо, иди, выбери себе из трёх тяжёлых машин ту, которая тебе больше понравится. И возвращайся в штаб.

Борис опустился в люк облюбованного им танка ИС «Иосиф Сталин», нажал на стартёр, проехав несколько сот метров, поставил танк на стоянку, вернулся к командиру полка и доложил ему, что всё в порядке.

– Тогда тебе такое задание, – продолжил командир полка. – Мы стоим в лесу, а за рекой – немцы, они потихоньку постреливают из миномётов. Мы же ждём, когда они пойдут в наступление, или нам поступит приказ атаковать их. А мы не знаем, какие противотанковые средства имеет на этом участке фронта противник.

Командир полка развернул на столе карту и, указывая маршрут в стан врага, продолжал:

– Ты должен один, без экипажа, проехать на своём тяжёлом танке вот по этой дороге, – и он начертил на карте жирную линию. – Затем проследовать вдоль укреплений и вот по этой дороге вернуться обратно. По тебе будут стрелять, а мы будем засекать их огневые точки. При успешном выполнении задания я представлю тебя к званию Героя. И ещё раз спросил:

– Детей-то у тебя нет?

– Нет,- ответил Борис.

– Ну и хорошо,- завершил разговор командир.

Спасибо конструкторам «Танкограда»

С танка Крупейникова сняли дополнительные топливные баки, брезент и всё то, что могло гореть. Он сел за рычаги своего ИС, захлопнул люк, выехал на дорогу и взял курс прямо к немцу. Первый снаряд потряс танк ударом в лоб, затем последовали удары в борт, и шквал огня обрушился на его машину со всех сторон.

Как рассказывали ему потом товарищи, бронебойные снаряды немецких батарей, высекая искры из брони танка, с визгом рикошетировали в сторону, а осколочно-фугасные снаряды разрывались на броне, не причиняя ей вреда.

Состояние же Крупейникова в танке походило в те мгновения на то, как будто он сидел в металлической бочке, по которой колотили гигантской кувалдой. Борис перестал слышать. Помутилось сознание. Из носа пошла кровь. Но он крепко держал рычаги, направляя свою машину по указанному командиром маршруту. В отмеченном на карте месте повернул обратно. Теперь снаряды полетели в корму, а вскоре обстрел стал ослабевать и совсем прекратился. Борис уже решил было, что задание выполнено успешно. Но впереди протекала речушка. Обзор механика-водителя ограничен, и он не заметил, что мост-то через реку был взорван. Его танк рухнул с обрывистого берега. Гусеницы вращаются, а движения нет ни взад, ни вперёд.

Подъехал командир полка: «Ах, ты такой разэтакий, мы пошли в наступление, а ты здесь сидишь. Сейчас подойдут машины, вытащат тебя, забирай экипаж и догоняй нас». Тремя танками вытащили 46-тонную махину Бориса. Осмотрели танк со всех сторон. На его башне, бортах и корме имелось множество отметин от попадания вражеских снарядов. Но ни один снаряд не смог поразить броню танка, созданного мастерами знаменитого челябинского «Танкограда».

Конструкторы «Танкограда» работали на опережение противника, они создали в конце 1943 года самый мощный танк Великой Отечественной войны – ИС, броню которого в то время не могла преодолеть артиллерия противника. А 122- миллиметровая пушка танка ИС уничтожала танки врага с расстояния 2000 метров.

Танк Бориса Крупейникова догнал своё подразделение, раздавил вражескую батарею, сокрушил оборону противника. И за этот бой Борису вручили высшую награду страны – орден Ленина.

Спасти знамя полка

А вскоре за спасение знамени части он был удостоен ордена Боевого Красного Знамени.

– Это случилось так, – рассказывал Борис Андреевич, – в ходе боя мой танк прошёл через облако дыма, и я увидел перед собой горящий танк начальника штаба, из его моторной части вырывались языки пламени, из командирского люка валил дым. Я знал, что в этом танке, вдоль борта, где хранились шанцевые инструменты, было приторочено знамя полка. Во время атак начальник штаба поднимал знамя над своим танком. Не раздумывая, я подогнал свою машину почти вплотную к горящему танку, перепрыгнул на его броню, набрал в лёгкие как можно больше воздуха и почти нырнул в люк окутанной дымом машины. Знамя нашёл быстро, но воздуха мне вёе-таки не хватило, и я чуть не задохнулся в дыму. Но мне удалось уже на исходе сознания буквально вырваться из объятий смерти, молодой ведь был, силы хоть отбавляй, и я оказался вне танка со знаменем в руках.

Орден в мирное время

Войну Б. А. Крупейников завершил в Берлине и Праге, был награждён ещё тремя орденами Красной Звезды и двумя орденами Отечественной войны: один орден за то, что раздавил немецкую батарею, два – за освобождение городов Белоруссии, а ещё два – за взятие германских городов. Затем, уже в мирное время он был удостоен ещё одной награды – ордена Трудового Красного Знамени, за активное участие в поднятии целинных и залежных земель. Перед выходом в запас он неё службу на военной кафедре ЧПИ. А затем долго работал преподавателем начальной военной подготовки в школе № 11, где и сейчас его вспоминают добрыми словами и педагоги, и его бывшие ученики за науку бескорыстного служения своему Отечеству.

За трудовой вклад в дело обучения и воспитания молодёжи был удостоен звания «Заслуженный учитель России».

Воспитал сына и трёх дочерей. Был отличным дедом десяти внукам и прадедом десяти правнукам.

Умер 18 июня 2013 года, накануне своего 88-летия. Похоронен на Градском кладбище Челябинска.

Лев Попов, фото из открытых источников