Впрочем, Михаил Резепин о возрасте не думает, щедро дарит свое время подрастающему поколению, с удовольствием посещает различные мероприятия, занимается пчеловодством, с войны помнит немецкий язык, а сегодня учит английский, сочиняет веселые и поучительные басни... О том, как живет этот уникальный человек, мы расскажем нашим землякам.

«Детства у меня не было»

Михаил Резепин родился 26 марта 1915 года в поселке Каштаке, в Долгодеревенской станице, в семье потомственных казаков. Жили по меркам тех лет скромно, но в хозяйстве были и лошади с коровами, и различные машины для работы в поле. Маленький Миша с пяти лет помогал отцу по хозяйству. Вспоминает: «Отец возьмет лукошко, насыплет в него зерна, идет и по полю его разбрасывает, а меня посадит на ведущую лошадь, к которой борона прикреплена, чтобы заделывать зерно в землю – иначе птицы склюют». Вот оно и детство.

В 1929 году началась, как говорит Михаил Резепин, «эпопея»: колхозы, совхозы, раскулачивание, ссылки. Отец Михаила пошел на смелый шаг: отдал все, что у него было, в колхоз. Собрал все зерно, лошадей, коров и привел председателю колхоза: «Я все сдаю. У меня за душой ничего нет. Дайте мне справку, что я ничего не должен!». А сам с женой и детьми уехал в Республику Татарстан, в город Мензелинск и так спас свою большую семью от раскулачивания. На новом месте пятнадцатилетний Миша пошел работать помощником пастуха: за 120 километров они гоняли отобранный у кулаков скот на мясозаготовку. Ходил по горам с отарами овец.

Через несколько лет семья Резепиных вернулась на родину. От налаженного в прежние годы хозяйства ничего не осталось и пришлось начинать все заново.

Не хотел быть электриком

После окончания шестого класса Михаил Резепин задумался, что делать дальше. Попробовал подать документы, на обучение токарем-универсалом на Челябинский тракторный завод – документы взяли, а в списки зачисленных – не включили.

– Мне было 16-17 лет. Пора было устраиваться работать. Опять идти к отцу в подпаски? Подумал и решил: «Не вернусь в Каштак! Не буду с отцом работать!». Иду, смотрю – стоит столб, а там объявление: «Принимаются на курсы начальников станции, начальников поездов, мастеров и электриков». А я так не хотел быть электриком – ой как не хотел! Но, ладно, думаю, пойду, может быть, начальником станции. В приемной толпа ребят, мужиков, кто из Полетаево, кто еще откуда. Только захожу в приемную – кричат: «Вот он, вот он!». Я думаю, чего они кричат? А это меня в группу электриков записывают, им как раз человека не хватало... Куда деваться, и я проучился год на электрика, – рассказывает Михаил Константинович.

Мечта – стать красным командиром

Во время обучения познакомился с ребятами, которые занимались в аэроклубе. Захотелось и Михаилу Константиновичу пойти учиться на летчика. Да не тут-то было. Каким-то образом «раскопали» тот факт, что среди его родственников были раскулаченные. Детей раскулаченных и репрессированных в летчики не брали. Мечта учиться в Ачинском военном авиационно-техническом так и осталась мечтой. Но зато вскоре Михаила Резепина «с радостью» взяли в армию, в 1939 году. А вскоре после этого направили в Минское пехотное училище.

– Был у меня на службе товарищ – Иван Кокшаров. И когда начали набирать в училище, он говорит: «Поехали вместе учиться на красных командиров». Я говорю: «У меня по русскому языку оценки неважные…». Но он убедил меня: «Попытайся, не получится, вернешься». Нужно было сдать пять предметов: русский, физика, математика, конституция и устав партии (я в шутку его называл «Закон Божий»). Для меня это все ерунда – кроме русского. Но на экзамене, к счастью, со мной рядом за парту сел московский паренек – Пронин. Я говорю: «Слушай, у меня с русским плохо – поможешь?». «А у меня отлично», – отвечает. Он мне подсказывал. И я написал на «пятерку». Потом уже я помог Пронину с математикой. Кокшарова, кстати, не взяли в училище, а меня – взяли», – смеется Михаил Константинович.

После завершения учебы младшего лейтенанта Резепина отправили служить в город Логойск Минской области. Там доверили командовать пулеметным взводом – а это три пулемета, на каждом – по семь человек. Всего 21 боец. Но командовать долго не пришлось – началась война.

«У них, наверно, учеба»

О том, что началась война, узнали не сразу: «Вечером мы собирались поехать на вылазку, на реку Гайну, отдыхать. А утром кричит дневальный: «Подъем! В ружье! Тревога!». В чем дело? Почему? Мы выскакиваем – кто в чем. Кто пулемет взял, кто щит. Выскочили, смотрим – на небе летят самолеты с черными крестами. У командира роты спрашиваю: «В чем дело? Почему самолеты границу нарушают?». А он: «У них, наверное, учеба». Ладно, думаю. Идет дело к вечеру, вторая партия летит, опять никто ничего не знает. Командир руками разводит», – рассказывает Михаил Константинович.

На следующее утро мимо проехал немецкий мотоциклист, вооруженный до зубов. Но была команда «Не стрелять». Ведь если мотоциклист заблудился или проходят учения – а его расстреляют, будет мировой скандал, такой, что не на гауптвахту, а в Сибирь отошлют.

На третий день, когда на горизонте замаячили вооруженные велосипедисты, наконец, отдали команду: «С противоположной стороны никого не пропускать! Война…». Велосипедистов обстреляли. Не дали пройти и следующей группе, которая собиралась прорваться через пару дней после первой. А на следующее утро налетели самолеты, начали бомбить... У Михаила Константиновича во взводе погибли семь человек, было разбито два пулемета.

Позже пришел приказ «Отойти до города Борисова». Шли лесами, болотами, а когда пришли – мост, через который нужно было перейти, чтобы попасть в город, был взорван. Неизвестно кем. Пришлось искать лодку и преодолевать реку вплавь. Затем шли до Ржева, который вскоре был занят немцами. Тут попали под очередной артобстрел. Михаила Резепина ранило в шею. «Потерял сознание. Очнулся в госпитале, не знаю, где я, что со мной. Не пойму ничего, руки целы, ноги целы, а голову поднять не могу. Когда оклемался, узнал, что в кармане гимнастерки была записка. Там было написано, что с поля боя меня вынесла некая Дуся Сазонова. Меня потом спрашивали, пытался ли я ее найти и отблагодарить за то, что она мне жизнь спасла. Пытался, но не нашел. Может быть, погибла, может быть, замуж вышла и прожила долгую жизнь. Не знаю», – рассказывает Михаил Константинович.

После выписки Михаил Резепин был направлен в 146-й особый резервный полк 48-й гвардейской дивизии. Он прошел с боями через Польшу, Чехословакию, дошел до Германии. После окончания войны еще какое-то время находился за границей, потом был направлен в Макеевку на Донбассе восстанавливать линию электропередачи. За боевые заслуги был награжден орденом Красной Звезды, орденом Отечественной войны II степени и медалью «За отвагу». В 1948 году демобилизовали.

«После войны был счастлив»

Вернувшись домой, Михаил Константинович принялся искать работу на Челябинском металлургическом заводе. И здесь не обошлось без приключений и счастливых случаев. «Я пошел в сталеплавильный цех, и меня начальник принял на работу контролером. Написал записку в отдел кадров. Я пришел туда, подаю кадровику записку. Он посмотрел и говорит: «А вы член партии?». «Нет». А на эту должность нужен член партии… Подумал, раз такое дело – пойду электриком. Прихожу к начальнику электроцеха, говорю: «Я до войны окончил учебное заведение», а он: «Нам как раз начальника участка надо». Подходит! Я опять бегу в отдел кадров, а мне снова: «Так ты же не член партии». Мать спокойно мне говорит: «Не переживай, Бог поможет». После этого я неделю жил в Каштаке, отцу помогал дрова заготавливать и сено косить. Через неделю снова прихожу в отдел кадров. Решил идти прямо к начальнику отдела. Захожу к нему, подаю записку из электроцеха, он пишет «Оформить», даже про партию не спросил!», – до сих пор удивляется Михаил Резепин.

На заводе он отработал 52 года, за все это время в его цеху не было ни одного несчастного случая.

Чтобы получить более высокую должность, Михаилу Константиновичу пришлось закончить седьмой класс и поступить в горно-металлургический техникум. После чего его назначили заместителем начальника цеха сетей и подстанций УКХ. Ушел на заслуженную пенсию каких-то 20 лет назад…

Выборы не пропустил ни разу

По заверению Михаила Константиновича, он прожил счастливо все свои годы. С женой Варварой Львовной никогда не ссорились, жили в достатке, воспитали детей. Третий сын, Георгий, погиб на армейской службе, а двое других, Николай и Иван продолжили отцовское дело. Сейчас трудовую историю династии Резепиных пишут внуки.

Несмотря на столь преклонный возраст, Михаил Резепин продолжает активно заниматься общественной деятельностью. Много сил и времени вкладывает в работу с казачатами и до сих пор ездит с молодежью на сборы. Прошлым летом вместе с ребятами ночевал в солдатских казармах: «Очень даже там хорошо. Я бы еще раз повторил. Рядом с молодежью и сам помолодел. Я им сказки рассказывал…», – смеется он. Никогда не пропускает Михаил Резепин и выборы – считает, что каждый должен участвовать в избрании президента и голосовать за того, кто сможет сделать жизнь простых граждан лучше. 

Одно из давних увлечений Михаила Константиновича – пчеловодство. Он признается, что именно в этом секрет его долголетия. Пчеловодством занимались его раскулаченный дед, а затем – его отец. Сам же Михаил Резепин занимается пчеловодством с 1955 года – именно тогда обзавелся собственным садом и привез от отца первых пчел. Самый полезный мед – майский. Именно в нем, по заверению Михаила Константиновича, вся сила. Но, судя по его лукавой улыбке, он знает еще один секрет долголетия, который держит в тайне…