Позади – несколько недель тяжелой и напряженной работы. Экспедиция выезжала в Кировский район Ленинградской области, проводила поиск на Синявинских высотах – непосредственно на местах боев дивизий, формировавшихся в годы Великой Отечественной войны на территории нашей области. 9 Мая, во время празднования Дня Победы челябинские поисковики прошли в рядах Бессмертного полка в Санкт-Петербурге. О том, как организовывалась экспедиция, – в нашем материале.

На Синявинских высотах

Региональное отделение «Поискового движения России» в Челябинской области включает 41 отряд, которые выезжают в девять районов поиска. Самая массовая экспедиция проводится в Ленинградской области. Важно отметить, что она также является образовательной, то есть новички могут получить в ней систематизированные практические и теоретические знания о проведении поисковых работ. Южноуральские поисковики отправляются туда ежегодно, начиная с 1996 года. В 2019 году к полевым работам приступили 105 человек из 16 поисковых объединений десяти муниципалитетов Челябинской области: представители Троицкого, Ашинского, Чебаркульского, Нижнеуфалейского, Варненского муниципальных районов, а также студенты-поисковики Южно-Уральского государственного аграрного университета, Челябинского государственного института культуры, Южно-Уральского государственного университета, Южно-Уральского государственного гуманитарно-педагогического университета.

Палаточный лагерь был разбит в нескольких километрах от района поиска, недалеко от урочищ Гайтолово и Тортолово. Местность пересеченная, добираться сложно, идти можно только пешком, по болотам, на обычном транспорте – не проедешь. Представить, что здесь когда-то были деревни, где работали и жили люди – сложно. И только мемориалы напоминают о трагических событиях военных лет. А еще то, что поисковики находят под землей. Здесь несколько лет проходила линия фронта, и погибли десятки тысяч бойцов. Многие до сих пор лежат в болотах – их нужно бережно достать и захоронить подобающе, с почестями.

– Прежде всего каждый участник экспедиции должен знать все о безопасности поисковых работ. Особенно тщательно мы прорабатываем эти вопросы с теми ребятами, кто едет в первый раз. Перед поездкой мы проводим подробное обучение, как осуществляется поиск, какими методами, какие инструменты используются. Рассказываем, как обращаться с поднятыми предметами, с останками погибших. Отдельный разговор – боеприпасы. Несмотря на то, что прошло уже много лет, некоторые снаряды до сих пор находятся на боевом взводе, особенно, если они лежали в благоприятной среде. Авиабомбы, неразорвавшиеся гранаты хранит в себе земля, – рассказывает Леонид Ергунов, комендант лагеря, представитель совета отцов при уполномоченном по правам ребенка в Челябинской области.

Почти как в армии

Режим работы поисковой экспедиции максимально приближен к армейскому. Утром зарядка, завтрак. В восемь утра построение, большой сбор, после него все, кто не болеет и не занят в работе на кухне, отбывает на работу.

– Организуя житье-бытье поисковиков, мы должны соблюсти все санитарные нормы, учесть потребности детей, ведь в этом году численность нашей экспедиции была внушительной. Это дополнительная нагрузка, но, когда мы все сделали, получилось хорошо и достаточно комфортно. Организовали две полевых бани, постоянно кипела 200-литровая бочка с горячей водой, – уточняет Леонид Ергунов.

Вопрос о насущном – о питании. Участники поисков завтракают в лагере, на обед берут сухой паек, разжигают костер, готовят для своей группы – каждый отряд порядка десяти человек. Если рядом работает несколько отрядов – можно скооперироваться и приготовить на всех. А можно вообще не тратить время на приготовление еды – просто разогреть тушенку, перекусить и отправиться работать дальше. А уже вечером, после бани, полноценный ужин. Так как народу в лагере много, и все дежурят по очереди, каждый отряд старается как можно лучше выполнить свою работу и повкуснее накормить. Если плохо получится – это может и на работе сказаться негативно!

Отряды возвращаются в лагерь чаще всего в районе шести часов вечера. А может быть и раньше на час, если руководитель видит, что ребята сильно устали. После прибытия в лагерь – обязательная баня, потом ужин, построение и вечернее мероприятие. Здесь есть все условия для того, чтобы хорошо отдохнуть – проводятся просмотры фильмов, устраиваются вечера песен под гитару, различные игры или чтения стихов.

Нельзя не отметить тот факт, что места поисковых работ глухие, вокруг болото с типичной живностью, включая змей и клещей. Естественно, у каждого участника экспедиции на этот случай есть страховка. Что касается змей – от них не застрахуешься. Но если вдруг случилась бы неприятность – до ближайшего травмпункта чуть больше десяти минут езды, дежурная машина всегда была в лагере.

В этом году погода откровенно подвела: дождь, град, порывистый ветер сделали свою черную работу – несколько поисковиков простудились. Но врач, который несет свою медицинскую вахту на протяжении всех поисковых работ, держал ситуацию под контролем. Если вдруг требуется госпитализация – это происходит сразу.

Искать историю

Поиск производился в районе двух деревень, стертых с лица земли во время Великой Отечественной войны. Некоторые, более опытные отряды, уходили чуть дальше. Ведь главное – не просто дойти до места и вернуться, нужно еще и работать «с землей», копать, проводить разведку. Не всегда удачно – можно весь день бить шурфы, и все окажется безрезультатно.

– О том, что здесь когда-то были деревни, напоминают обломки кухонной утвари и другие предметы быта. При этом от домов даже фундаментов не осталось, – поясняет Леонид Ергунов. – Если ребята обнаруживают останки, делают археологический раскоп, чтобы освободить их от земли в том положении, как они лежат, все это фиксируется на фототехнику, ведется протокол эксгумации. Затем останки перевозим в мемориал на Синявинских высотах.

Идентифицировать останки погибших бойцов – редкая удача. В этом году по итогам весенней экспедиции весь сводный отряд из представителей регионов России (включая Тамбов, Киров, Архангельск и другие города) подняли 714 бойцов. На сегодняшний день установлено 18 имен защитников нашей Родины – по личным вещам или смертным медальонам. В результате работы челябинских поисковиков были обнаружены останки 46 бойцов и четыре медальона. Два из них оказались пустыми, еще два отправлено на расшифровку, в надежде, что надписи удастся прочитать, и у безымянного погибшего появится имя. И, возможно, найдутся близкие.

– Чаще всего случается так: видно, что надпись есть, но невозможно понять, что конкретно там написано. Нужны специальные программы, при помощи которых можно попробовать идентифицировать буквы, и прочитать медальон. Нередко благодаря кропотливой работе удается достичь цели, – признается Леонид Николаевич.

После идентификации погибшего начинается поиск родственников. Но здесь все еще сложнее, ведь зачастую гибли молодые ребята, у которых не было прямых наследников, которые не успели создать семьи и родить детей. Остались двоюродные, троюродные братья и сестры, поколения сменились, и эти ветки уходят очень далеко, люди разбредаются по стране и уезжают за границу – отыскать их практически невозможно. Если родственников не удается найти, погибшего хоронят в общем мемориале на малой Родине или на Синявинских высотах. Правда, здесь также остается именная табличка. Тех, кого не удалось идентифицировать, торжественно хоронят в братской могиле здесь же, на мемориале. Приезжает много людей, среди них и те, у кого в районе деревень воевали и пропали без вести близкие. Люди собираются здесь в память о своих предках.

Дети бывают разные

В этом году от Челябинской области на поиски поехало несколько отрядов, которые сформировались благодаря агитационному пробегу, в рамках которого была представлена выставка «Хранители памяти». Здесь можно увидеть вооружения военного времени и экспонаты, которые находят во время экспедиций – каждый год экспозиция обновляется. Каждый экспонат имеет свою историю – может быть, это часть фюзеляжа самолета или что-то небольшое, но очень значимое с человеческой точки зрения. Например, нож сапожника – одна из находок в районе деревне Гайтолово, где было 63 двора и один из них – двор ремесленника.

– Есть отряды, которые очень основательно готовятся к экспедиции, например отряд «Поиск» из Варны, – рассказывает Леонид Ергунов. – Там опытные грамотные руководители: член совета отцов при уполномоченном по правам ребенка в Челябинской области Виктор Васильевич Акиньшин со своим заместителем, индивидуальным предпринимателем Сергеем Петровичем Мочалкиным своим личным примером увлекают мальчишек и девчонок, учат их бережному отношению к истории страны, к памяти героев, становятся образцом для подражания. Случайных ребят в отряд не берут, бойцы подобраны так, что четко знают, зачем приехали, умело выполняют свою работу, показывая пример другим отрядам. Многие на них смотрят, спрашивают совета, стараются быть лучше.

Конечно, есть такие, кто приехал сюда всего один раз и больше никогда не решится вновь отправиться в экспедицию – их можно назвать «туристами». Их шокируют условия, в которых приходится работать, и они не настроены на то, чтобы действовать максимально продуктивно – здесь время очень дорого. Но определить такого человека навскидку невозможно. Именно поэтому даже если изначально кто-то кажется бесперспективным и незаинтересованным, нужно дать ему возможность проявить себя.

– Некоторые считают, что незачем отправлять на поиски детей. Но есть момент: когда человек находится в этих условиях, видит воронки, окопы, копает под дождем, он осознает, каким трудом досталась победа. А ведь прадеды не только преодолевали километры за километрами, копали окопы, а были под огнем, с винтовкой, в этой грязи на протяжении долгого времени. И это все для солдат – рутинная работа… при этом ты почти каждый день хоронишь кого-то из товарищей. И это осознание подвига в большей степени оказывает воздействие на формирование патриотических чувств, характера у студентов и школьников, нежели чтение литературы и просмотр фильмов, – говорит председатель регионального отделения «Поисковое движение России» в Челябинской области, член областного совета ЗВУ Антон Шарпилов.

Организаторы уверены, что те ребята, которые побывали здесь, никогда не поменяют мнение о том, какой была война. Не будут думать, что победить удалось из-за того, что помогли американцы. А главное – проведут параллель между собой и теми, кто воевал в окопах Великой Отечественной войны. Ведь и поисковикам южноуральских отрядов, и многим бойцам, погибшим здесь, под Гайтолово, было по 16 - 20 лет…

– Нам нужны бойцы поисковых отрядов, – говорит Леонид Ергунов. – Родители таких детей нормально относятся к тому, что мы везем их не в тепличные условия. Все, кто приезжает второй раз, уже друг друга знают. Все общаются, как единая семья. С ними вопросов нет. В основном работа идет с новичками.

К поездке, кстати, дети готовятся очень серьезно: подчищают «хвосты» в школе и потом догоняют пропущенные предметы. Организаторы подсчитали – в связи с майскими праздниками получается не так много пропусков. К тому же иногда приходится пропускать школу по болезни, а здесь – из-за важной миссии, которая завершится очень нескоро.

Работать еще много лет...

– Много людей задаются вопросом: «Когда же закончатся раскопки?», – признается Антон Юрьевич, – но на этот вопрос очень сложно ответить. Нередко бывают такие ситуации: отрабатываем квадрат и можем, сказать, что все прокопали, и там никого не осталось. И вот через год-два сюда приезжает другой отряд, который не знает, что раскопки уже проводились, начинает работу и снова находит бойцов. Есть такое поверье, что земля может не сразу их отдать – это не научный термин, а что-то из разряда суеверий. Но так или иначе такое случается. И это не значит, что ребята невнимательно копали, это что-то необъяснимое.

Официальные работы по поиску останков погибших воинов стартовали несколько десятилетий назад. На протяжении последних лет поисковики стабильно находят порядка 600-800 человек за экспедицию. Точное число воинов, погибших здесь, на Синявинских высотах, и до сих пор не найденных, не знает никто.

Работать предстоит еще много лет.