Лидер челябинских большевиков Самуил Цвиллинг, разъезжая с агитационными целями, дважды попадал в руки казаков, и дважды его отпускали на свободу. 

Казачий раскол

Но вот на Оренбург, захваченный отрядами атамана Дутова, из Челябинска через Троицк двинулся отряд Блюхера. Казаков предупредили: если будут портить железную дорогу, их станицы подвергнут артиллерийскому обстрелу. Обошлось. Большинство казаков было настроено нейтрально. Но угроза Блюхера им не понравилась. 

Часть казаков была за большевиков. Много было их в Троицке и Верхнеуральске. Атаман Верхнеуральской станицы Дмитрий Каширин со своими сыновьями-офицерами признал советскую власть. Его уважали (избирался атаманом целых 28 лет). Его сыновья Иван и Николай были делегатами казачьего круга, а после того, как круг так и не признал новую власть, собрали два красноказачьих полка (Верхнеуральский и Троицкий) и участвовали в разгроме Дутова зимой 1917-1918 годов.

Налет дутовских партизан на Оренбург 4 апреля 1918 года ознаменовался многочисленными жертвами. Большевики ответили жесткими карательными мерами в духе угроз Блюхера. И это, наверно, было их фатальной ошибкой. Возмущенное казачество поднялось. Оренбург был ими отбит 3 июля, и туда вернулся Дутов.

Еще до этого в мае 1918 года в Челябинске начался мятеж чехословацкого корпуса. В июне чехи взяли Троицк. Красные отряды сконцентрировались в Белорецке (Башкирия). На краткое время они отбили у Дутова Верхнеуральск. Однако на совещании командиров это направление было признано бесперспективным. Объединение краснопартизанских отрядов вместо раненного Николая Каширина возглавил Блюхер. Десятитысячная армия уральских красных партизан под началом Блюхера и Кашириных прошла по тылам белых 1500 км от Верхнеуральска до Красноуфимска, где соединилась с частями регулярной Красной армии. Увод Блюхером с Южного Урала такого количества взбольшевиченного элемента существенно ослабил местные большевистские организации.

Первые жертвы революции

27 мая белые офицеры арестовали группу членов военно-революционного комитета Челябинска. Легально судить и казнить их не было возможности, так как власть в городе официально перешла к городской думе, где большинство имели эсеры и меньшевики. Эти крови не хотели. Тогда белые организовали нападение на конвоируемых арестованных «возмущенного народа». 3 июня подговоренные казаки шашками зарубили на мосту через Игуменку Дмитрия Колющенко, Владимира Могильникова, Петра Тряскина, Михаила Болейко, Шмуля Гозиосского. Был задушен в офицерском вагоне арестованный на станции Аргаяш председатель Челябинского Совета депутатов Евдоким Васенко.

После этого настала уже «гибельная» очередь меньшевиков и эсеров. Адмирал Колчак, приглашенный правительством Комуча (Комитет в защиту Учредительного собрания) в качестве военного министра, совершил военный переворот. Правительство Комуча было разогнано. Много его сторонников было убито. Были убиты и некоторые члены того самого Учредительного собрания, в защиту которого выступали поначалу белые.

Арестам и расстрелам подверглись и депутаты Челябинской городской думы. Городской голова – эсер Поляков от расправы бежал. Вернулся в город в 1919 году уже как большевик, председатель Челябинского губернского военно-революционного комитета.

Как мой дед стал красным партизаном

Злодеяния белой власти вызывали в народе протест, в том числе и среди челябинских казаков. Так казак Матвей Малышев, свояк моего деда, в конце концов, тоже перешел на сторону красных партизан.

Год – с лета 1918 года до лета 1919 года – на территории будущей Челябинской области действовали красные партизанские отряды. Много было партизан в горнозаводской зоне. Еще подростком, тринадцати лет в 1967 году в Миньяре познакомился я с одним из них – Иваном Сергеевичем Холоповым. Ему тогда стукнуло уже 76 лет, из коих 56 лет он проработал на домне. Рассказывал, как весной 1918 года с отрядом из 50 красногвардейцев из Миньяра и Ерала сражался против башкир из Мясегутовского угла, выступивших на стороне белых. Рассказывал, как в жестокие зимние морозы пришлось делать переходы по горной тайге, как его товарищи, порой, отмораживали ноги и руки. Многих его родичей в тот год казнили в Миньяре. Грозили расправой семьям партизан.

Интересна история одного красного партизанского отряда, действовавшего на юге нашей области. Изначально отряд состоял из казахов с реки Суундук (нынешняя Оренбургская область). Командиром был восемнадцатилетний Султан Жантауров, а заместителем его тоже юный Иван Алексеев, сын мельника. Базой отряд сделал Джабык-Карагайский бор (район Карталов). Был у них один серьезный бой, пытались захватить Верхнеуральск. Но город обороняли вместе с белыми казаками башкиры из полка некоего Амантая. Позднее к красным казахам присоединились местные русские казаки (отряд Колоколова). Сводный русско-казахский отряд дошел с боями с юга до станции Еманжелинка, где летом 1919 года соединился с полками Красной армии.

Бегство от Колчака

Репрессивная антидемократическая политика Колчака привела к тому, что и сибиряки, и уральцы начали восставать против его власти целыми областями. В тылу у Колчака в 1919 году образовался ряд партизанских республик. Мобилизованные в его армию тысячами переходили на сторону красных, еще больше дезертировали, не желая участвовать в братоубийственной бойне. Благодаря этому красным удалось стремительным ударом взять Челябинск 24 июля 1919 года. Генерал Каппель с 30 тысячами солдат попытался отбить Челябинск назад, но у него не получилось.

В этих боях участвовал и мой дед, мобилизованный в колчаковскую армию. При первой возможности он, как многие другие, дезертировал. Не из трусости: в 1915 году в возрасте 15 лет он у себя на родине в Полесье добровольно вступил в русскую армию в 330-й Златоустовский полк.

На территории нашей области в тот период было много дезертиров, не желавших воевать ни за белых, ни за красных. Часто они составляли в лесах довольно крупные шайки, но ни на кого не нападали. С началом польской войны большинство их добровольно вступило в Красную армию и отправилось воевать с внешним врагом. Мой дед тоже еще в сентябре 1919 года отправился на польский фронт, в 8-ю дивизию РККА.

В 1920 - 1922 годах начались крестьянские восстания сначала в Башкирии, потом в Западной Сибири. Удивительно, но эти выступления крестьян, направленные против коммунистов и продразверстки, не нашли отклика среди нашего преимущественно казацкого населения. Конечно, немало казаков к этому времени погибло. Дутов увел в «голодный поход» через Казахстан в Китай около 20 тысяч. Почти все они погибли от голода и тифа, часть желавших вернуться были расстреляны китайским полком Дутова как предатели. Но на территории бывшего Оренбургского войска оставалось еще порядка 30-40 тысяч боеспособных казаков.

Наши спокойные казаки оказались умнее бунтовавших мужиков Сибири. Восстания были подавлены, а территории, ими охваченные, в 1921 году сильнее прочих пострадали от голода. У нас в Челябинской губернии тоже голодали, но смертей было намного меньше, и умирали, в основном, беженцы из других голодных мест, приехавшие на Урал уже больными дистрофией.

Трагедия крестьянских восстаний

Полагаю, одной из последних вспышек антибольшевистского партизанского движения на территории нашей области было вторжение из Башкирии «народной армии» бывшего красного командира Охранюка-Черского. В разгар восстания численность этой армии доходила до полутора тысяч штыков и сабель. Охранюковцы на некоторое время захватывали Кизил и Карталы. Но заметной помощи от казаков не получили. Видно, многие из казаков думали, что польский уроженец Охранюк-Черский действует на пользу враждебной Польши.

Были и другие соображения. Крестьянские восстания в Советской России 1920 - 1922 годов начинались из-за неизбежной в условиях войны продразверстки (ее ввели еще при царе). Зачинщики восстаний утверждали, что продразверстка обрекает крестьян на голод. И да, были эксцессы из-за злоупотреблений местных властей. Однако фактом является то, что восстания охватывали как раз самые богатые хлебные регионы страны – Тамбовскую губернию, Башкирию, Западную Сибирь. И одним из главных лозунгов восстаний было требование свободной торговли. Значит, было чем торговать? Но у советской власти и городского населения нечем было платить за покупной хлеб. Ничем не обеспеченные деньги (царские и советские рубли, керенки) ничего не стоили. Промышленных товаров тогда было очень мало. За хлеб люди отдавали последнее имущество. Моя бабушка-ленинградка утверждала, что в Петрограде в эти годы голод был хуже, чем в блокаду Ленинграда (а ее она перенесла от первого до последнего дня).

Уже весной 1921 года продразверстка была отменена. Может быть, стоило потерпеть несколько месяцев. Из-за засухи голод и в самом деле охватил многие регионы страны, а из-за восстаний в регионах, лучше других обеспеченных хлебом, советской власти нечем было помочь наиболее пострадавшему от засухи Поволжью, где действительно голодали и умирали от голода миллионы людей.