Как напоминают аналитики, оказавшись в «изоляции» от Запада после старта украинского кризиса в феврале 2014 года, Россия вот уже несколько лет культивирует экономические связи с Китаем и арабскими странами, параллельно наращивая свое политическое, коммерческое и военное присутствие в стратегически важных для США регионах, вроде Сирии и КНДР. В результате подобных усилий влияние Москвы на Ближнем Востоке и в Азиатско-Тихоокеанском регионе значительно возросло — и если сначала казалось, что Россия действует вне традиционной для себя сферы интересов лишь для того, чтобы иметь козырь на переговорах с Западом, то теперь становится очевидно, что дело не только в этом и что Москва отныне имеет в вышеупомянутых регионах серьезные политические, экономические и оборонные цели. И это очень тревожит наших «невероятных партнеров».

Таким образом, хотя конфронтация Запада и России в 2018 году не ослабеет, ситуация, с российской точки зрения, будет «лишь одной гранью множества мировых интересов и приоритетов», возникающих у Москвы только сейчас, подытоживают аналитики Stratfor. И это плохо для Запада, потому что Россия добивалась статуса глобальной сверхдержавы, и она де факто этот статус получила.

Россия особенно и не заморачивается по поводу своего статуса, как Америка, а просто реализует свою программу. И если у Китая, который тоже усиливается, «поспешая не спеша», приоритетом является экономическое лидерство в мире, то Россия хочет сделаться лидером в главнейших технологиях в космосе, в киберсфере, в ядерной и военной сфере. Причем лидером качественным, способным к диверсификации этих козырей в способность организовывать доверительное глобальное взаимодействие (политическое, энергетическое и экономическое) при одновременном предоставлении зонтика безопасности всем, кто серьезно намерен этот зонтик получить (небесплатно, конечно). И с помощью этого обеспечить развитие экономики и общества внутри страны. Здесь в этом году произошли позитивные перемены, которые признал весь мир. И это главный итог 2017 года.

С другой стороны, придется признать, что «покой нам только снится» и добиться даже сегодняшних результатов миром и дружбой было нереально. Порошенки, родченковы, навальные – это «естественные палки в колеса», которые были бы нам в любом случае вставлены. И если бы мы были послушны, они добили бы нас. Умышленный разрыв связей с Украиной – для срыва программы перевооружения России. Крым планировался Западом как плацдарм для дальнейшего броска на Кавказ и в Поволжье с последующим взрывом «импотентной» России – вот что нам готовилось. Бескомпромиссно. Механизм, который был запущен в Югославии и Чечне, потом в Ираке, Грузии и посредством «арабской весны» – все это звенья одной «анаконды». Безальтернативной. И при всеоглушающем, всеобщем бла-бла-бла и тра-та-та в мировом масштабе.

Главным полем битвы, кроме экономики и ракетной отрасли, в этом году однозначно, была Сирия. «Англосаксы не любят играть под давлением» (Гус Иванович Хиддинк). Точное определение. Вот, например, 23 ноября в небе над Сирией произошло весьма знаковое событие не только с политической, но и с военной точки зрения. Столкнулись российская и американская концепции создания техники для воздушного боя. В этот день штурмовик «Су-25» ВКС РФ наносил удары по позициям боевиков в районе города Меядина. Внезапно в работу нашего самолета вмешался истребитель F-22 ВВС США. «Раптор» опасно маневрировал, выпускал тепловые ловушки. Через некоторое время, как уточнили в российском Минобороны, американский пилот начал выпускать тормозные щитки с постоянным маневрированием, имитируя воздушный бой. В ответ российское военное командование направило в район противостояния «Су-25» и F-22 истребитель «Су-35». Его появление для американской стороны оказалось весьма неожиданным. F-22 увеличил скорость и удалился из сирийского воздушного пространства в Ирак.

С момента создания F-22 окружен ореолом уникальной, непобедимой машины. «Раптор» создавался для дальнего воздушного боя. Его главное преимущество – возможность поражать цели на большом расстоянии, оставаясь незаметным для РЛС противника. Но F-22 не такой уж и невидимый. Самолет можно легко наблюдать визуально. Но главный его демаркирующий признак – тепловой след. Именно поэтому в России уделяют пристальное внимание развитию оптико-локационных систем. В частности, «Су-35» получил уникальную ОЛС-35, которая обнаруживает тепло самолетов на расстоянии до 100 километров. Дальше пилоту достаточно с помощью системы управления направить на цель головку самонаведения ракеты. Главное преимущество ОЛС в том, что она в отличие от РЛС работает в пассивном режиме и ничего не излучает. Поэтому засечь ее невозможно. Почувствовав себя на мушке противника – на фланге, «Раптор» сбежал. Этот случай не единичный, но ставший показательным. А наши системы РЭБ, вместе с «калибрами» нагнавшие шума и изменившие всю тактику войны, под конец года еще раз заявили о себе. Основательно и конкретно.

С другой стороны, в соседней Украине вся сумасшедшая «Санта-Барбара», с битьем окон, дверей и лазаньем по крышам взрослых дяденек, подающих детишкам дурацкий пример и называющих себя политиками и борцами за народные права, продолжается с прежней силой. Новые серии и тупые, дорого оплачиваемые выходки, штампуются одна за другой со скоростью нового конвейера. А значит, до стабильности нам далеко.