В Челябинске вот уже несколько лет работает Бюро регистрации несчастных случаев, которое входит в структуру МВД Челябинской области. Задача бюро – в минимальные сроки помочь в установлении местонахождения граждан, пострадавших от несчастных случаев, дорожно-транспортных происшествий, преступлений, а также исчезнувших при других обстоятельствах. Нередко Бюро регистрации несчастных случаев работает и с обращениями родителей, потерявших детей. Такие ситуации мы обсудили с начальником БРНС, капитаном полиции Светланой ЗАЙЦЕВОЙ.

– Есть ли статистика, в какое время года дети пропадают чаще всего?

– Что касается детей из благополучных семей – в данном случае о какой-то закономерности, связанной со временами года, говорить не приходится. Если говорить о неблагополучных детях, «сезон» начинается с наступлением теплого времени года.

– Как часто приходится иметь дело с пропажами криминального характера?

– В основном мы имеем дело с бытовыми случаями, криминальные встречаются крайне редко. Но бывают ситуации, когда, например, поссорились муж с женой, после чего муж взял ребенка и уехал. Чаще бывает так: ребенок ушел с друзьями и заигрался. Если мы говорим о неблагополучных детях – они могут уехать куда-нибудь, нагуляться и прийти обратно. 

– Как часто дети пропадают без вести, и их не удается отыскать?

– Чтобы человек не был найден вообще, случается крайне редко. Чаще всего удается найти человека живым и здоровым.

– Как проходит работа по поиску ребенка?

– Как только у служб появляется информация о том, что потерялся ребенок, начинаются активные поиски, в которых принимают участие не только сотрудники МВД, но и представители МЧС, иных силовых структур, волонтеры из поисковых отрядов. Все они проводят обследование района, где ребенок потерялся, раздают листовки, распространяют информацию о пропавшем в Интернете и т. д.

– Можно ли сказать, что Бюро регистрации несчастных случаев – это отправная точка в поиске пропавшего ребенка для родителей?

– Мы являемся информационно-справочной службой. Нередко к нам обращаются родители, у которых пропал ребенок, и мы можем уточнить, не попал ли он в ДТП, не оказался ли в больнице, не задержали ли его за какое-либо правонарушение. Отмечу, что к нам обращаются, прежде всего, родители уже «взрослых» детей, которые по факту еще несовершеннолетние, но в свои 14 - 16 лет уже могут хулиганить, выпивать и т. д. А могут взять паспорт и уехать.

– Как быстро в таких ситуациях предоставляется информация?

– Мы уточняем возможное местонахождение ребенка в течение 15-20 минут. Хотя, конечно, не всегда ребенка можно отследить. Например, если он уехал куда-нибудь автостопом. Если нам не удалось выяснить, где ребенок и что с ним, тогда родителям нужно идти в отделение полиции и писать заявление о пропаже.

– Есть ли какие-то сроки, в течение которых заявление принимать не будут?

– По законодательству, заявление должны принять в любое время. Тем более если речь идет о  несовершеннолетнем. Данные о том, что якобы в течение нескольких суток с момента пропажи у вас не примут заявление, не соответствуют действительности. Тем более что именно первые трое суток – то время, когда есть гораздо больше шансов найти ребенка. Обычно, если поиски затягиваются и не приносят результата в срок более трех суток, можно говорить о том, что с ребенком случилось непоправимое.

– На специалистах вашего бюро лежит немалая психологическая ответственность…

– Мы не можем остаться равнодушными, когда речь идет о пропавших людях, будь то хоть дети, хоть взрослые. Переживаешь – вернулся или нет. Если вернулся – при каких обстоятельствах, что случилось. Недавно у нас была такая ситуация – внук из Москвы разыскивал деда, который жил в Магнитогорске. При этом у внука о своем родственнике не было точных данных. Конечно, нас это насторожило, но потом стали известны подробности этой истории: дед с бабушкой развелся еще в 80-х, и его внук, тот, кто к нам обратился,  хотел восстановить с ним связь. К сожалению, история имела трагическую развязку: мы нашли дедушку, но на тот момент его уже не было в живых.

– А часто ли бывают ситуации, когда не родители ищут детей, а, наоборот, дети ищут родителей?

– Увы, действительно, бывают такие ситуации, когда ребенок разыскивает маму. Как говорится, родители бывают всякие. В таких случаях приходится с ребенком разговаривать, успокоить его, вместе понять, куда мама могла пойти, кто у нее знакомый. Для того чтобы ребенок сориентировался, мы задаем наводящие вопросы. Дети теряются в таких ситуациях, и иногда им нужна не только информация о маме, но и психологическая помощь. Например, недавно нам звонила девочка, у которой мама ушла на работу и не вернулась. В ходе разговора мы выяснили, что у мамы есть близкая подруга, у которой мы ее и нашли.

– Есть ли какие-то меры профилактики таких ситуаций, когда ребенок уходит из дома и пропадает?

– Все идет из семьи. Если семья благополучная – крайне редко бывает, что дети непослушные, с криминальными проблемами. А вот если семья неблагополучная, то ребенок фактически обречен стать таким же. Рано или поздно, если мама не поменяет свой образ жизни, все, что заложено в семье, будет у ребенка. И, конечно же, даже в благополучных семьях важно быть начеку: сейчас мы сталкиваемся с тем, что родители не слышат детей, нет контакта, доверия – это самое страшное. Если у ребенка проблема – он должен в первую очередь поделиться с родителями.

Статистика

Согласно данным поискового отряда «Лиза Алерт», только в их организацию за 2016 год поступило 1060 заявок о пропавших без вести детях. Из них 943 ребенка были найдены живыми, 72 – погибшими, а 45 детей так и не были найдены.

По данным МВД, ежегодно в Москве пропадает 1,4 тысячи детей. В России – от 15 000 до 20 000.

По данным Национального центра помощи пропавшим и пострадавшим детям, в 2016 году в России было подано примерно 49 000 заявлений о пропаже детей. При этом около 1700 заявлений – в Московском регионе.

По данным Международного центра поиска пропавших и эксплуатируемых детей (ICMEC), ежегодно в Австралии пропавшими без вести числятся 20 000 детей, в Бразилии — 40 000, в Канаде — более 45 000. В Европе в розыске ежегодно значатся сотни тысяч детей.