В этот день балерине исполнился бы 91 год. У этого события, без всякого сомнения, исторического (памятники великим людям у нас ставятся очень редко) есть мощный челябинский след. Во-первых, памятник изготовил наш знаменитый скульптор Виктор Митрошин. Во-вторых, лепил он Плисецкую не по видеозаписям, а с натуры, и позировала ему … прима челябинского театра оперы и балета Татьяна Предеина! А снимал весь творческий процесс замечательный челябинский фотограф Александр Соколов - вы видите на этой странице его фотографии. Теперь обо всем по порядку.

Виктор Митрошин, по его собственному признанию, балетом никогда особо не интересовался. Вникнуть в эту тему его в 1994 году «заставил» тогдашний мэр Санкт-Петербурга Анатолий Собчак, незадолго до этого способствовавший Виктору в организации персональной выставки. Нужно было изготовить скульптурный приз для балетного конкурса «Майя». Плисецкая обращалась и к московским, и к питерским скульпторам, но ни один эскиз ей не понравился. Митрошин справился за пять месяцев. Этот рабочий эпизод перерос в крепкую дружбу. Потом Митрошин изготовил скульптурный портрет Майи Михайловны. Прима написала об этом в своей второй книге мемуаров: «Скульптурный портрет Виктора Митрошина «Майя» кажется мне одной из самых удачных работ современных художников. Я прочитываю свой характер... Даже судьбу свою вижу. Но очевиден и острый глаз скульптора. Его темперамент. Воля. Божий дар». Майя Михайловна открывала персональные выставки Митрошина в Нью-Йорке и Париже. Он, в свою очередь, был на праздновании ее 80-летия в Кремлевском дворце, видел, как она танцевала в Нью-Йорке «Умирающего лебедя» и признает: «Лучшего исполнения не встречал». Через Плисецкую Митрошин открывал для себя балет. Звонил Майе Михайловне в Мюнхен и делился впечатлениями: «Смотрел запись «Лебединого озера» от 1975 года. Сначала балет как балет, а потом появляетесь Вы – и все остальные словно пропали». Она удивилась: «Вы тоже это заметили?» Под впечатлением от Одетты-Одиллии в исполнении Плисецкой Митрошин вылепил скульптурный образ «Майя-лебедь».

В 2013 году Виктор Федорович приступил к работе над скульптурой Майи в образе Кармен. Когда показывал один из промежуточных этапов Плисецкой, дал ей свой ножичек и сказал: «Майя Михайловна, хотите поправить – сами режьте». На что Плисецкая заметила, что пальцы у балерин устроены несколько иначе, чем у скульпторов.

В 2015 году Майя Михайловна ушла из жизни. И как-то само собой стало понятно, что настольная статуэтка «Кармен» должна стать не парковой скульптурой в натуральную величину, а памятником. Трехгодичный путь от эскиза до окончательного варианта был нелегким.

- Трижды мы с архитекторами переделывали проект, - вспоминает Виктор Митрошин. – В итоге пришли к единственно возможному варианту: постамент 5 метров и 4 метра фигура. Ниже нельзя: не балерина была бы, а какой-то челобучик. А ведь у Плисецкой был самый высокий прыжок. Родион Щедрин мне признался: «Получилось круче, чем памятник Пушкину».

Большинство столичных СМИ с гордостью написали о том, что на памятник не потрачено ни копейки бюджетных средств, приведя цитаты чиновников от культуры. 20 миллионов рублей выделил фонд Алишера Усманова «Искусство, наука и спорт». Плюс скульптор «передал свой гонорар на создание памятника», то есть фактически сделал свою работу бесплатно. А корреспонденту «ВУ» Митрошин признался:

- Меня просто «развели». Министерство культуры воевало с Плисецкой всю жизнь. Не изменили позиции по отношению к ней даже после смерти: денег на памятник не дали, ничем не помогли, только мешали.

Как бы то ни было, памятник установлен. В нескольких сотнях метров – Большой театр, которому Плисецкая отдала большую часть своей жизни. А Виктор Митрошин работает теперь над фонтаном «Майя-лебедь», который вскоре появится перед Бахрушинским музеем.

Олеся Горюк

Фото: Александр Соколов