Отрывок из публикации современного автора:

«Врешь, не возьмешь! Не должен командир попасть в руки белых. Пока остальные еще отстреливались, два бойца подобрали валявшиеся на берегу доски, наспех соорудили подобие плота и с раненым Чапаем начали форсировать Урал… Вот он, берег, удалось уйти. Но чуда не произошло: умер Чапаев. Красноармейцы руками вырыли в песке могилу, похоронили командира, прикрыли камышом, чтобы враги не обнаружили, не надругались над мертвым Чапаем.

Народ должен знать своих героев, и он знает. Только так уж повелось, что ему лучше известны обстоятельства гибели героев, нежели их рождения. И неудивительно: кто же заранее может увидеть в малютке, родившемся семимесячным и ставшим шестым ребенком в скромной крестьянской семье, будущего кавалера трех Георгиевских крестов и Георгиевской медали и в дальнейшем отважного и талантливейшего красного военачальника?».

У челябинцев есть возможность увидеть Чапаева на картине, которая экспонируется сейчас в картинной галерее. Ее автор Павел Петрович Соколов-Скаля - русский художник, мастер исторической и батальной живописи, создатель эталонных произведений соцреализма. Художник стал знаменит как автор историко-революционных и батальных картин, которые стали официальными «окнами в историю». Среди героев этих полотен и герой гражданской войны Василий Чапаев на картине «Ночной разговор». Картина эта на челябинской выставке жила особой жизнью. Прямо на глазах у публики работал художник-реставратор. Он проводил первый этап восстановления «Ночного разговора»: промывку и расчистку полотна.

Не случайно картина эта, написанная в тридцатые годы, осталась на Южном Урале, где сражался и где погиб легендарный красный командир.

Чапаев отражен в творчестве многих уральских художников — живописцев, графиков, скульпторов. В том числе, мастеров каслинского литья. Одной из редких — созданных в начале 60-х годов — была и эта скульптура: Чапаев на коне.

Еще фрагмент из публикации о Чапаеве современного автора:

«Большинству из нас, воспитанных по причесанным советским учебникам, всегда хотелось, чтобы Чапаев не погиб и переплыл Урал. И это желание было не от пропаганды, а от души. Наверняка противоположные чувства испытывают те, кто прежде молчал, а с открытием информационного ящика Пандоры вдруг прозрел и резко «побелел». Это, наоборот, не от души, а от пропаганды. Но ничего уже не изменишь. А эти противоположные желания и чувства, увы, есть бесконечное эхо трагедии, обрушившейся на Россию сто лет назад».

Сергей Белковский, фото автора