Ее сокровище – дороже любых драгоценностей. Это – дети. Четверо родных и 10 приемных. Свою историю Елена рассказала корреспонденту газеты «Возрождение Урала».

Самое главное – начать!

Не знаю, как так получилось. Мой муж Сергей из многодетной семьи – когда мы только поженились, он сказал, что будет один ребенок и больше не надо, потому что его родители не смогли всех обеспечить. А я одна в семье, мама умерла, никого нет, ни братьев, ни сестер. И я подумала про себя: «Ну нет, на одном не остановлюсь».

В семье старшая дочка, остальные все мальчики. И она мне все постоянно говорила: «Хочу сестренку». И тут как раз у меня знакомые девчонки взяли детей из детского дома, в подробностях рассказывали об этом, мы с мужем послушали, слезы пустили… И вот я не сплю, гоняла-гоняла мысли, потом говорю: «Ну давай хоть одну возьмем – ну раз Татьяна просит».

Очень долго оформляли документы – почти год, другой бы давно уже руки опустил…

Вообще, изначально мы пошли за одной девочкой. В итоге нашли двух сестер. Я взяла их на гостевой режим для начала. Потом мы пошли медосмотр проходить вместе с приютскими детьми, смотрю – девочка в уголочке плачет сидит. Говорит, что сестренку забирают в Нижневартовск, что не хочет расставаться, хотя сама подписала документы о согласии.

И вот эта девочка у меня из головы не выходит. Она такая маленькая и худенькая. Покоя мне не дает… Я сижу и говорю мужу: «Давай и ее заберем». Муж говорит: «Ну давай!». Пригласили ее к себе домой, привезли в гости. Дочка старшая в это время где-то на учебе была. Кристина ходит по дому, потом увидела фото нашей семьи и говорит: «А это Таня? Мы же с ней во дворе познакомились, уже года два как дружим!». А я ей говорю: «Вот, с тебя-то и надо было начинать».

Пошло-поехало

В результате все были счастливы. Особенно Таня – ведь теперь у нее появилась не просто сестра, а еще и подруга. А Кристина через какое-то время попросилась заехать в приют… Заезжаем. Оказывается, там осталась подруга Ольга… Забрали и ее.

Честно, я была в восторге от девочек! Они все – подросткового возраста, а сестры – маленькие, Насте девять лет было, Вике – восемь, и они у меня все время с мальчишками. Вика особенно любила с пацанами по гаражам где-то лазить…

Прошло полгода. Кристина на тот момент дружила с парнем. И однажды говорит, что его перевели из приюта в детский дом, что их там обижают. Поехали его проведать. Он там не стриженный полгода, в рваных кроссовках больше размера на три – а я знала, что он хорошо одевался. А стал, как бомж.

Я сижу вечером, думаю, как поступить. Время два-три часа ночи – я все сижу… Муж Сережа подходит: «Что не спишь?». Я говорю: «Да ничего, иди ложись!». Он: «Так, все, кудрявого забираешь – это последний». Так у нас в доме появился 16-летний Андрей.

Ну а потом уже пошло-поехало… Как-то мне сказали, что детский дом расформировывают в Чебаркуле, что там такие дети хорошие есть, брат с сестрой. Забрали и их... Тут самое главное – начать. А потом уже просто… Самая маленькая Лера, ей сейчас четыре, а младшему родному сыну Мише – пять лет. Андрей дружил с ее старшим братом. Потом как-то приходит и говорит, что их мама умерла, а куда Леру денут – он не знает…

Полна горница детей

Места всем детям хватает. У нас пять комнат, 170 квадратных метров, дом в деревне Большая Исянгильдина. Двор соток шесть, земли 35 соток, домик для гостей – есть где разгуляться. В деревне наш дом – самый последний, рядом река, никому дети не мешают, когда кричат, бегают и катаются на великах.

Что касается еды – готовка целыми днями. Суп у нас – литров 15 кастрюля, макароны две пачки сразу. Но мне не тяжело – с детства заложили, что готовить нужно много. Я не знаю, как можно маленько сварить и что с этим делать. Нужно ведро супа и тазик салата.

Посуду моют по очереди девчонки. Иногда хнычут, что нужно посудомоечную машину купить, но тогда я начинаю «угрожать» – говорю, что еще и корову куплю, будут ею заниматься. Вообще, мы раньше держали домашнюю живность. Но так как рядом у нас военный полигон, и куры в один «прекрасный» момент перестали нестись от постоянных стрельб, пришлось с этим завязать.

Четверо из детей на домашнем обучении – они с задержкой психического развития. Не то, чтобы они не тянут программу – просто ничего не могут запомнить. С ними учишь-учишь, на утро спрашиваешь: «Какая буква?». Говорит: «Е». Я говорю: «А почему Е?». Мне отвечают: «Ну потому что тут «еголка» нарисована».

Двое моих детей и еще две приемные девочки учатся в соседней деревне – их возит школьный автобус. Там девятилетка, школа сильная, в классах небольшое количество человек. Нет такого, что получил одну оценку и перекрестился – здесь сколько уроков, столько оценок.

Мне проще с подростками. Наверно, я для них больше друг, чем мама. Я знаю про каждого какие-то сокровенные тайны, я могу с каждым проговорить по полночи, я всегда за них, как бы там ни было.

В ежовых рукавицах

У меня никогда не было общего языка с моей мамой – я завидовала детям, которые могут своим родителям что-то рассказать. Меня держали в ежовых рукавицах, шаг влево, шаг вправо – «расстрел». Поэтому я ушла из дома в 15 лет и сразу вышла замуж за Сергея. И всегда хотелось находить общий язык с детьми – может, поэтому так получилось…

Конечно, мне пришлось пожертвовать работой, чтобы быть многодетной мамой – до этого я была частным предпринимателем. Сейчас у меня питомник собак и кошек – без дополнительного дохода прожить на те средства, которые выделяет государство таким семьям, как наша, невозможно.

Несмотря на то, что дети вырастают – они остаются со мной. Оля уже родила ребенка, ему полтора года. Кристина врач, работает в больнице. Андрюха – со мной, еще привел друга, которому жить негде… Я рада, что они рядом. Да, к тому же, иногда могут помочь с младшими. То Таня, если она на выходных, приезжает, то Андрей поможет – он готовит очень хорошо и плов, и шашлыки, ему это очень нравится, у него бабушка повар-технолог шестого разряда, видимо, генетикой заложено. Мы варим по очереди.

Не опускать руки

В феврале умер Сережа…

У меня опустились руки. И если бы не дети, не знаю, как бы я жила дальше. Но я понимаю, что дети не виноваты, что нужно двигаться дальше. У детей на нервной почве начались проблемы со здоровьем. Сейчас я хочу закончить все начатые дела и переехать – тяжело жить в доме, где все напоминает о муже. Нам советуют переехать в Краснодарский край – говорят, там лучше условия жизни для многодетных семей с приемными детьми, местные власти оказывают большую поддержку. А то, что там проверки – нам нечего скрывать. Я детей не ругаю, очень всех люблю. А так, будет больше солнца, больше фруктов…

Конечно, времени «на себя» у меня нет. И хобби нет – просто хочу выспаться. Думаю иногда: снять квартиру, все отключить и просто спать. Отпусков тоже нет. Приемные родители круглогодично «работают». Я надеялась, что в этом году будут путевки в лагерь, потому что многодетным семьям и приемным детям положено два раза в год отдыхать. Сейчас ноябрь – не было ни одной путевки. Мне говорят, что пока не выделяются. Но я надеюсь, что все будет хорошо… И когда-нибудь у меня будет хотя бы один свободный день – я просто включу кино...