Откуда берутся НМУ?

- Как возникают пресловутые НМУ – неблагоприятные метеоусловия?

- Надо уточнить: неблагоприятные они для рассеивания вредных примесей. С точки зрения учёных и синоптиков происходит нормальное природное явление. Приходит антициклон, устанавливается безветренная погода. Вследствие того, что земная поверхность неравномерно нагревается, возникают области низкого давления, которые называются циклонами, и области высокого давления – это антициклоны. НМУ как раз связаны чаще всего с антициклональной погодой. В антициклоне воздух направлен от центра к периферии, вращение воздушных масс происходит по часовой стрелке. При этом в центре возникает штиль, а температура резко падает. В летний период антициклон приносит жаркую малооблачную погоду, в результате чего возможны лесные пожары, что приводит к образованию сильного смога. Зимой антициклон приносит сильные морозы, иногда возможны морозные туманы, которые мы наблюдали в последнее время.

Когда тёплый воздух натекает на более плотный холодный воздух, он, как крышкой, «закупоривает» его. При этом наблюдается температурная инверсия. Обычно температура с высотой понижается, а тут всё происходит наоборот. Если эта ситуация создаётся в большом городе, пыль и грязь, поднимающиеся в атмосферу, остаются там и, накапливаясь, приводят к серьёзному загрязнению.

- Есть мнение, что ещё одна причина образования смога в Челябинске в том, что это вообще не самое лучшее место для размещения производств.

- С точки зрения ландшафта – да. Челябинск находится на стыке двух плит – Восточно-Европейской и Западно-Сибирской. Граница Урала и Сибири, как известно, находится в самом городе на въезде в Тракторозаводской район. То есть Челябинск находится где-то в конце склона Уральских гор. Они частично закрывают нас от западных ветров. Но остальные-то ветра нам доступны. Арктический циклон доходит до нас за шесть часов.

- И всё же продуваемость города оставляет желать лучшего.

- Она зависит не только от преобладающих направлений ветров и рельефа. Есть ещё, так сказать, урбанистическая составляющая. Это особенности жилой застройки и близость производств. Заводы оказались в черте города. Изначально город планировался правильно, а потом началась перезастройка, появились высотные здания, закрытые дворы. Впоследствии положение усугубила уплотнительная застройка. Я сама живу в таком месте: дома стоят кучкой, даже солнечный свет во двор практически не поступает.

Город «отталкивает» ветер

- И что нам с этим делать?

- Нужно учитывать эти ошибки при планировании новых жилых микрорайонов. Хорошо бы ещё учитывать направление ветров.

- У нас, если не ошибаюсь, с недавних пор преобладающее направление ветра юго-западное, а раньше было северо-западное.

- Да, это так. Но тут не все очевидно, как кажется. Преобладающие направления ветров меняются. Метеостанции, которые нам дают информацию о направлении ветров, находятся за городом. А в городе направление и сила ветра очень сильно меняются. Недавно учёные выяснили, что в Красноярске, городе, где тоже не всё благополучно с экологией, в некоторых точках жилой застройки количество безветренных дней увеличивается в три раза по сравнению с данными загородной метеостанции! Полагаю, в Челябинске происходит то же самое. Более того, возникает ветер, противоположный по направлению набегающему потоку. Город как бы отталкивает его. Вывод: прежде чем что-то строить, нужно проводить исследования внутри города. Это относится как к возведению новых микрорайонов внутри города, так и к строительству больших промышленных объектов, вроде Томинского ГОКа, рядом с городом.

- В Челябинске возможны такие исследования?

- Думаю, да. Для начала нужны наблюдения, желательно многолетние – в Красноярске они проводились в течение 15 лет. Далее с помощью суперкомпьютера, а такой есть в ЮУрГУ, можно было бы создать модель циркуляции воздушных масс. Ну и не мешало бы челябинским учёным из разных вузов объединить свои усилия.

- Допустим, мы получили такую модель. Что дальше?

- Есть несколько способов уменьшить загрязнение атмосферного воздуха даже в большом промышленном городе. Во-первых, правила застройки изначально должны учитывать необходимость проветривания. Во-вторых, в городе должно быть правильное соотношение между застроенной и не застроенной территорией. В-третьих, управлять направлением ветра можно с помощью городских лесополос. Очевидно, что без деревьев и кустарников в городе вообще не обойтись. Но и беспорядочно их размещать нельзя. Есть, например, так называемые ажурные конструкции зелёных насаждений, где и нижний, и верхний ярусы продуваемы. Наконец, нужно подумать над тем, чтобы сами архитектурные сооружения конструктивно обеспечивали продуваемость.

- Здания, пропускающие «через себя» воздух?

- Да, такие архитектурные проекты существуют, хотя и выглядят, возможно, довольно футуристично. Зато это интересно, необычно! Как раз то, что нужно Челябинску, в том числе, чтобы оживить образ города. Но главное – они в какой-то мере могли бы решить проблему смога. Более того, если говорить об экологичности, есть ведь очень интересные идеи, когда озеленение является как бы элементом архитектуры отдельного здания.

- Если уж фантазируем – а можно смог выдувать из города принудительно?

- Мне вспоминается, как Жириновский грозился поставить большой вентилятор и собирался что-то там выдувать на Прибалтику… Ну а что – используют же мощные вентиляторы в открытых горных разработках. Как последнее средство при чрезвычайных обстоятельствах, наверное, можно попробовать и это…

Дырка над головой

- Надежда Степановна, мы все со школы знаем, что Челябинская область расположена в полосе умеренного континентального климата. Здесь ничего не меняется?

- Действительно, у нас умеренный континентальный тип климата, точнее, переходный от умеренно-континентального к резко континентальному. Но в последнее время он стал смещаться в сторону резко континентального, который характеризуется суровыми зимами и знойным летом. Образно говоря, мы как будто «дрейфуем» в сторону Сибири.

- Отсюда аномальная летняя жара и длительные морозы зимой?

- Возможно, хотя существуют природные ритмы, «ответственные» за то, каким будет следующее лето или следующая зима. К примеру, ритм стратосферных ветров. Его амплитуда составляет от двух до четырёх лет. То есть, если нынче лето жаркое, то, как минимум, следующее тоже будет таким. И так может быть до трёх-четырёх раз. А потом меняется на прохладное, и следующие два – четыре лета жаркими не будут.

- А что ещё интересного происходит с нашей погодой?

- Это уже мои наблюдения: сдвижка сезонов. Весна стала наступать позднее, лето больше смещается в сторону осени и так далее. Возможно, это является следствием периодического смещения границ природных зон, которое, как доказано учёными, зависит от преобладающего направления ветров.

- Это и есть пресловутое изменение климата?

- Когда я писала докторскую диссертацию, то рассматривала многолетние колебания стока рек как интегральный показатель изменения климата. К сожалению, ряды данных у нас небольшие от 30 до 60 лет. Максимальных, длительностью 120 лет всего несколько. Чтобы выявить четырёхлетний ритм, этого достаточно. А чтобы выявить 35-летний Брикнеровский или полный 80-летний солнечный ритм – уже нет. Увы, человечество сравнительно недавно систематически следит за погодой и изменением климата, чтобы делать выводы. А мы привыкли: десять лет холодно – о, наступает ледниковый период! Ничего подобного!

- Но глобальное изменение климата существует?

- В мире всё повторяется. Такие изменения были, есть и будут. Согласно научным данным, возраст человечества 3,6 миллиона лет. Благодаря археологам мы знаем, что когда-то в Сахаре цвели сады, а где-то в наших широтах водились антилопы. Гляциологи установили, что вся климатическая история Земли – это чередование эпох, ледниковых и межледниковых.

Сейчас мы живём в типичное межледниковье. Оно в среднем длится пять тысяч лет. Наш период, галоцен, идёт к убыли, к его концу межледниковые периоды уменьшаются до 3,5 тыс. лет. Учёные считают, что приблизительно половину его мы прожили. Как говорится, на наш век хватит. А потом Землю снова ждёт похолодание.

- Ужас!

- Между тем Лев Гумилёв писал, что наступление ледникового периода заставляло людей «шевелиться», делать различные открытия, человечество развивалось. А когда льды отходили, то, наоборот, – расслаблялось, и многие цивилизации исчезали…

- То есть мы живём в период естественного потепления…

- Да, хотя внутри периода есть и полосы похолодания и потепления.

- А парниковый эффект и вообще анропогенное воздействие – насколько это серьёзно?

- Я считаю, влияние глобального климатического фактора на порядок выше антропогенного. Но, как говорится, человек последнюю каплю может добавить…

- В общем, расслабляться не надо…

- Не надо! Принято считать, что степень влияния на возникновение парникового эффекта примерно такое: 60 процентов – углекислый газ, 20 – метан, ещё 20 – остальные. Но сейчас учёные выяснили, что метан значительно больше разрушает озоновый слой, чем считалось раньше, и способствует парниковому эффекту.

- Хороший стимул, чтобы быстрее разобраться с челябинской городской свалкой…

- И с другими тоже, потому что, вы правы, метан образуется на свалках. Если метан разрушает озоновый слой, то, получается, мы делаем дырку прямо над своей головой…