На медиафоруме ОНФ в Санкт-Петербурге я познакомился с Тенгизом Мокаевым из Кабардино-Балкарии. Узнав, что я из Челябинска, он оживился: «Я был в Челябинске!». «Ну и как?», - спросил я осторожно. «Мне очень понравился ваш город!».

Честно говоря, я меньше всего ждал такого ответа! Мы, увы, уже привычно и как-то сладострастно ругаем Челябинск, как будто это мнение и есть то, что по умолчанию делает нас челябинцами. И я уже не вполне уверен, что или кто в нас на самом деле говорит – собственный негативный опыт или «коллективное бессознательное».

Так или иначе, мне захотелось попытать моего нового знакомого. Мало ли, вдруг это была простая любезность с его стороны?

Династия Мокаевых

Но начать следует с семейной истории самого Тенгиза Мокаева. В свои 30 лет он уже известный у себя на родине человек – краевед, путешественник и публицист. Хотя в наших краях Тенгиз был всего один раз, оказывается, Урал для него вовсе не чужой. Бабушка Тенгиза родилась в одной из деревень Сухоложского района Свердловской области. Она русская, её зовут Анна Ивановна Мокаева, урождённая Лескина. Кстати, в этом году она отметила свой 95-й день рождения.

А со своим мужем, дедом моего собеседника Аллахберди Тенгизовичем, она познакомилась во время войны. Молодого, но уже опытного танкиста направили на Урал для помощи в формировании знаменитого Уральского добровольческого танкового корпуса. Но тут вышло правительственное постановление, по которому, если бойцы, имеющие педагогическое образование, оказывались в тылу, то их направляли работать по специальности в ближайшие школы. А гражданская специальность 22-летнего Аллахберди – учитель географии. Так он стал коллегой своей будущей жены, которая учила детей русскому языку и литературе.

К молодому горцу все новые коллеги и односельчане относились с большим уважением. Русским языком на тот момент Аллахберди владел недостаточно хорошо, но заслужил уважение окружающих тем, что упорно занимался и вскоре стал прекрасно говорить и преподавать. Сначала географию, затем историю. Позднее его назначили завучем, а потом и директором школы.

В 1958 году семья Мокаевых, у которых было уже трое детей, переехала в Нальчик. Анна Ивановна работала в школе, затем в педучилище. А Аллахберди Тенгизович был директором школы, заведующим районо, защитил кандидатскую, получил звание «Заслуженный учитель РСФСР», неоднократно избирался депутатом Верховного Совета Кабардино-Балкарской АССР. Увы, он ушёл из жизни рано, в 58 лет, оставив после себя целую династию педагогов и просветителей. Мой новый товарищ Тенгиз Мокаев с гордостью считает себя частью её…

Понравился больше, чем Екатеринбург

- В 2015-2016 годах у меня вышла серия публикаций о поиске и перезахоронении останков советских воинов, погибших осенью 1942 года в ходе знаменитой битвы за Эльбрус, - говорит Тенгиз. – Вместе с поисковиками провёл несколько дней на ледниках и моренах Эльбруса. Извлекал останки бойцов, оружие. Очень сильно проникся темой. Написал несколько материалов и отснял небольшой документальный фильм, за что был отмечен золотой медалью в номинации «Служу Отечеству» на конкурсе «Патриот России». Награждение проходило в Челябинске в июле 2016 года.

О вашем городе я знал, потому что к нам приезжают туристы из Челябинска. Здесь в аэропорту меня встретили знакомые, которые каждый год приезжают в один из наших санаториев. А я их водил по нашим достопримечательностям, когда работал экскурсоводом…

- И каким тебе показался Челябинск?

- Челябинск меня, жителя предгорья, просто поразил. Прежде всего масштабами. В столице Кабардино-Балкарии Нальчике всего 350 тысяч населения. На подлёте к городу я припал к иллюминатору: нескончаемые леса с ледниковыми озёрами. И вдруг посреди этого леса – большой современный промышленный город. Я видел предприятия, знаю, что челябинцы жалуются на экологию, но мне, наверное, повезло – цветных осадков или смога я не застал. У меня были другие ассоциации. Вот она, мощь Урала, вот она промышленность! Я увидел то, о чём читал в школьных и университетских учебниках истории. Челябинск – красивый город. Хотя зелени, конечно, маловато. Зато видно, что это новый город, он правильно спроектирован, здесь просторные дороги, в целом, кстати, хорошие. Мне Челябинск понравился больше, чем Екатеринбург, куда я поехал потом. Разница разительная. Видно, что Екатеринбург – старый город, не готовый к такому количеству людей и транспорта. А Челябинск строился с запасом.

- И это очень необычно, поскольку вряд ли в 30-е, даже в 50-е годы кто-то мог предположить миллионное население и такое количество транспорта!

- Возможно, это был эксперимент: а давайте попробуем сделать вот такой новый советский город. Челябинск и сейчас производит впечатление просторного города. Это однозначное его преимущество. В плане логистики Челябинск наголову опережает старые города-миллионники.

- А может, тебя в Челябинске подкупило то, что есть во всех больших городах, - они темпераментнее?

- Интереснее другое – мне челябинский темп жизни не доставлял дискомфорта. В Челябинске не чувствуется спешки. Люди спокойно гуляют. Темп движения не выше, чем в Нальчике. Это хорошо, поскольку нет напряжённости, нет столичного чувства,что ты всё время опаздываешь. Или своим темпом всем мешаешь, а тебе в свою очередь мешает вся улица.

- В каких городах, кроме Челябинска и Екатеринбурга, ты бывал?

- Я был в Ростове, Воронеже, разумеется, Москве и Санкт-Петербурге.

В Ростове мне даже довелось пожить какое-то время. Не понравилось. Ощущение, что город перенаселён. Плюс критически плохая работа городских служб. Ростов – это огромный коммунальный коллапс. Город находится в постоянной суете и при этом стоит. Мне показалось, что все разговоры жителей Ростова сводятся к пробкам и другим коммунально-бытовым проблемам. В Воронеже от самих жителей также слышал много нареканий по поводу автомобильных пробок.

- И что же, челябинцы наговаривают на свой город?

- Надо оговориться, что я не жил здесь долго, но, мне кажется, у вас не всё так плохо, как об этом говорят жители Челябинска.

- Что ещё понравилось здесь?

- Меня поразил ваш исторический музей. Здание из нескольких корпусов, внутреннее убранство, современные экспозиционные технологии, увлечённость и профессионализм экскурсоводов – здесь я понимаю, поскольку много лет этим занимался. Незабываемые ощущения, когда мне дали потрогать метеорит.

Ещё что в уральцах заметил – в вас тоже намешано много кровей. Уральцы на основную часть русских не похожи. Люди с чисто русскими именами и фамилиями явно отмечены тюркской генетикой. Неудивительно, на вашем гербе верблюд, «Шеёковый путь» даёт о себе знать через облик современных жителей Южного Урала. Очень интересный сюжет для историка или этногрофа.

Гостеприимство уральское порадовало. Но тут я говорю уже не только о Челябинске. Благодаря поездке в ваш город у меня появился повод съездить в Сухой Лог, познакомиться с роднёй. Никогда её не видел, только слышал от бабушки и от отца. По гостеприимству, думаю, уральцы кавказцам не уступают. И ещё меня удивила простота людей в общении, их доброжелательность. На Кавказе общение имеет статусный характер, есть отчётливая грань между мужчинами и женщинами, чётче выражены национальные и религиозные особенности.

Конечно, после всего хорошего, я не мог не поинтересоваться у Тенгиза, а что же в Челябинске ему не понравилось? Ответ был готов:

- Вода. Как только открыл кран в гостинице, почувствовал специфический застойный запах. Мы-то привыкли к воде родниковой или ледниковой, с вершин Эльбруса…

Вода в Кабардино-Балкарии действительно уникальная, сладковатая на вкус. И никакими сине-зелёными водорослями сроду не пахнет. К слову, китайцы вскоре планируют эту воду импортировать в поистине промышленных объёмах.

Но об этом мы с Тенгизом Мокаевым расскажем в следующем номере нашей газеты. А ещё – об удивительной Кабардино-Балкарии, где живут вместе более ста наций и народностей на площади в семь раз меньшей, чем Челябинская область. О местных (натуральных!) яблоках, которыми республика обещает в ближайшем будущем обеспечить всю Россию. И о некоторых любопытных аспектах жизни современного российского Кавказа.